Ребенка интересуют страшилки

Не всегда то, что существует в детской культуре, совпадает с той идеальной картиной, которую взрослые — родители и педагоги себе представляют, и которую они хотят претворить в жизнь.

Детские страхи

В начале прошлого века эта «идеальная картина» представляла собой максимальный дидактизм всего, что окружает ребёнка с малых лет. Корнею Чуковскому приходилось долгие годы отстаивать ценность сказки как жанра, ценность небылиц-перевёртышей. Сегодня педагогическому сообществу она очевидна. Зато есть новые сомнительные тенденции в отношении педагогов и общества детскому фольклору. Говорят, в частности, о дегуманизации его посредством страшных историй и садистских стишков, о стремлении детей к смерти.

Насколько эти выражения оправданны, действительно ли следствием существования этих жанров являются настолько ужасные тенденции в детской культуре? Постараемся в этом разобраться.

Психология страхов в детском возрасте

Для начала надлежит определить, откуда вообще берутся страшные сюжеты в детском сознании. Для этого не хватит простого анализа текстов с точки зрения их литературной ценности: исследование жуткого детского фольклора происходит не только с точки зрения фольклористики, но и с точки зрения возрастной психологии.

Детское восприятие мира во многом мифологично: тому, что дети не могут объяснить, они выдумывают объяснения. У детей вплоть до среднего дошкольного возраста слабо развито самосознание, и реальное и фантазийное у них обыкновенно сосуществует, не разделяется.

Об этом пишет известная психолог М.В. Осорина в книге «Секретный мир детей в пространстве мира взрослых». Она же отмечает, каким страшным детям может казаться даже родной дом, когда в нём нет родителей.

Ребёнок чувствует себя беззащитным перед внешним миром, и боится нарушений его «границ», которые понимает по-своему. Даже тёмное пятно на обоях может казаться ему «дверью в иной мир», нарушением границы. Детям действительно свойственно эмоциональное переживание предметов, из которого в будущем в большинстве культур проистекает т.н. детский анимизм. По М.П. Чередниковой, реалии страшных рассказов как раз и «восходят к аффективно окрашенным первичным переживаниям младенчества».

Получается, если в младенчестве и раннем дошкольном возрасте какой-то предмет так или иначе приобретает резкую негативную окраску, далее переживания от этого впечатления могут быть выражены в детском творчестве.

К концу среднего началу старшего дошкольного возраста ребёнок начинает осознавать неизбежность смерти.

Прочтите также:  Отец и сын. Примеры воспитания.

Мифологические объяснения перестают ограждать его от этого понимания. М.П, Чередникова выделяет в качестве психологической основы страшных историй страх смерти. Потому речь здесь идёт не о влечении к смерти, а о стремлении преодолеть страх перед ней. Не страшилки с элементами насилия, ведущего к смерти персонажа, заставляют детей о ней думать, но осознание неизбежности смерти заставляет детей рефлексировать эту информацию в такой форме.

Детские страхи

Но что же дальше?

Издревле дети, взрослея, начинали пародировать привычный им фольклор, высмеивая собственное некритичное мышление, стремясь показаться старше. Намеренное снижение содержания, введение антиэстетических объектов на замену милым и добрым участникам детского фольклора — часть естественного процесса взросления, развития детского юмора. Будучи ещё маленькими, дети с радостью слушают, как «кошка в лукошке ширинку шьёт».

Вырастая же, они высмеивают текст из своего прошлого, превращая кошку в кикимору или вошь. Здесь они идут не наперекор взрослым, не наперекор морали и характерной для общества эстетике, но наперекор самим себе из прошлого, демонстрируют, что подросли с тех пор.

Психология страхов в подростковом возрасте

Нечто похожее происходит и с детскими страхами в подростковом возрасте. С подобной целью дети меняют в своём обиходе действительно пугающие их страшилки с жуткими развязками на снова сниженные, сведённые до бытового уровня. Страшный звук оказывается капающим краном, мертвец на кладбище справляет нужду, а рука, высовывающаяся из тёмного пятна на полу, принадлежит обезьяне, которая хочет выпросить у маленькой девочки банан.

Кажущиеся взрослым циничными, аморальными «садистские стишки» тоже играют не такую поверхностную роль, и могут оказаться важны для детской психики. В раннем возрасте детские представления о мире нарочно «гармонизируются», показываются с лучшей стороны, — и это разумно с точки зрения детской психологии: маленькому ребёнку нужно быть уверенным в том, что ему ничего не угрожает.

Однако, часто детские писатели грешат тем, что излишне гармоничную, невозможно тихую и размеренную жизнь изображают и в произведениях для детей более старшего возраста. Верить им бывает сложно. Обнаружившиеся с новым жизненным опытом страхи не решаются, поскольку не открываются явно и не проживаются, а настойчиво игнорируются. Потому страшные истории, а с ними и садистские стишки как форма юмора, помогают детям побеждать свои страхи.

Прочтите также:  Мамы говорят о детях Мы. Почему?

В этих стишках эмоциональная составляющая сведена к минимуму, насилие является словно бы естественной частью их мира, оно гротескное и порой довольно графичное. Почему же дети смеются над такими стишками? М.П. Чередникова приводит исчерпывающий детский ответ: «Смешно, потому что не может такого быть». Смешной оказывается не ужасающая картина, не жестокость героев, но побеждённые страхи, оставшиеся в прошлом, как, скажем, и текст про «кошку в лукошке».

страхи у подростков

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Информационный сайт о воспитании детей для родителей и педагогов
Adblock
detector